Cлово "КНИГА"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: КНИГ, КНИГИ, КНИГУ, КНИГЕ

Входимость: 90.
Входимость: 89.
Входимость: 86.
Входимость: 86.
Входимость: 77.
Входимость: 73.
Входимость: 69.
Входимость: 64.
Входимость: 54.
Входимость: 52.
Входимость: 50.
Входимость: 49.
Входимость: 48.
Входимость: 47.
Входимость: 47.
Входимость: 46.
Входимость: 45.
Входимость: 44.
Входимость: 44.
Входимость: 43.
Входимость: 41.
Входимость: 41.
Входимость: 40.
Входимость: 39.
Входимость: 36.
Входимость: 36.
Входимость: 35.
Входимость: 35.
Входимость: 33.
Входимость: 33.
Входимость: 32.
Входимость: 32.
Входимость: 31.
Входимость: 31.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 29.
Входимость: 28.
Входимость: 28.
Входимость: 27.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 90. Размер: 127кб.
Часть текста: средневековой партийности мало-помалу вырастало ин­дивидуалистическое и вместе с тем национальное сознание: это были две стороны одного и того же процесса. В 1326 году после смерти отца, Петрарка принял в Авиньоне духовный сан, что открыло ему путь к бенефициям, но с церковью не связало. Вскоре он приобрел репутацию лучшего поэта совре­менности. Она распахнула перед ним двери самых аристократи­ческих домов. Считается, что 6 апреля 1327 года в церкви св. Клары Петрарка встретил женщину, вошедшую в историю ев­ропейской культуры под именем Лауры. Кто была она, мы, по-ви­димому, никогда не узнаем. Однако вряд ли надо сомневаться — хотя это делали даже самые близкие друзья поэта,— в том, что Лаура на самом деле существовала и что Петрарка ее действитель­но любил. Любовь эта прошла через всю его жизнь. Он стал «пев­цом Лауры». В 20-е годы Петрарка сблизился с могущественной и весьма родовитой римской семьей Колонна. С Джованни Колонна он по­дружился еще тогда, когда они вместе учились в Болонском университете. В 1330 году, когда Джованни Колонна стал кардина­лом, Петрарка поступил к нему на службу и сделал это не только ради жалованья, но и потому, что это давало ему определенное общественное положение и возможность играть какую-то роль в исторической жизни современного ему мира. В условиях итальян­ского XIV века личная зависимость писателя от папы, государя или даже тирана нередко оказывалась формой утверждения ду­ховной независимости новой гуманистической интеллигенции от сословно-корпоративного строя Средневековья с его догмами, ус­тоями и традициями. Это следовало бы подчеркнуть. Без этого трудно...
Входимость: 89. Размер: 70кб.
Часть текста: наполняя собой целые литературные жанры и формы, становясь подчас их если и не определяющей, то характерной приметой. Такой во многом стала ренессансная новелла, наследница незамысловатых городских повестушек Средневековья, озорных и забавных. В повествовательной прозе Возрождения новелле, различным ее разновидностям и формам, бесспорно, принадлежит первое место. Это особенно очевидно для французской литературы, где причудливое и неповторимое творение Рабле возвышается одиноким гигантом, где прозаический роман не получил развития (ведь пять книг «Гаргантюа и Пантагрюэля» вряд ли «роман» или цикл «романов»), а вся остальная проза, кроме новеллистической, – это либо мемуары, либо сочинения философские или политические. Была, конечно, массовая литературная продукция – прозаические переработки средневековых эпических поэм и романов – об Ожье-Датчанине, Гильоме Оранжском, о Тристане и Изольде, о рыцаре Ланселоте, о волшебнике Мерлине, загадочной женщине-змее Мелюзине, о Пьере и Магеллоне и т. д.,– но все это было настолько ремесленно и серо, что могло адресоваться лишь самому непритязательному, так сказать, рядовому читателю. Люди образованные (или желавшие казаться такими) предпочитали знакомиться с новооткрытыми и впервые изданными произведениями античности или с книгами итальянских...
Входимость: 86. Размер: 50кб.
Часть текста: поэтов Плеяды, Рабле не порывает со Средневековьем как с системой художественного мышления, а, напротив, идя дальше, подводит его итоги. Поэтому в творчестве Рабле чрезвычайно ощутимы его национальные корни. Свое повествование Рабле начинает в духе французских сказаний о веселых гигантах, приближенных легендарного короля Артура. Таким образом, Рабле стоит в конце давней литературной традиции, истоки которой восходят к XII в. Под пером писателя совершается великий прогрессивный переворот в литературе, происходит рождение новой прозы, литературного жанра романа Нового времени. В этом не только национальное, но и общеевропейское значение творчества писателя. В создании жанра реалистического прозаического романа Франция благодаря Рабле обгоняет другие страны. У Рабле, конечно, были предшественники, например Антуан де Ла Саль, но именно Рабле первым создал роман мирового значения. Этот переворот в литературе происходит как бы на глазах, постепенно, от книги к книге, даже в пределах одной и той же книги эпопеи Рабле. Поэтому у писателя можно наблюдать не только квинтэссенцию Ренессанса в одном из его высших достижений, но и сам процесс развития французского Ренессанса, исторические судьбы французского Возрождения. Обращение к творчеству Рабле...
Входимость: 86. Размер: 50кб.
Часть текста: повествование Рабле начинает в духе французских сказаний о веселых гигантах, приближенных легендарного короля Артура. Таким образом, Рабле стоит в конце давней литературной традиции, истоки которой восходят к XII в. Под пером писателя совершается великий прогрессивный переворот в литературе, происходит рождение новой прозы, литературного жанра романа Нового времени. В этом не только национальное, но и общеевропейское значение творчества писателя. В создании жанра реалистического прозаического романа Франция благодаря Рабле обгоняет другие страны. У Рабле, конечно, были предшественники, например Антуан де Ла Саль, но именно Рабле первым создал роман мирового значения. Этот переворот в литературе происходит как бы на глазах, постепенно, от книги к книге, даже в пределах одной и той же книги эпопеи Рабле. Поэтому у писателя можно наблюдать не только квинтэссенцию Ренессанса в одном из его высших достижений, но и сам процесс развития французского Ренессанса, исторические судьбы французского Возрождения. Обращение к творчеству Рабле приводит к разработке центральных проблем французского Ренессанса, а изучение гуманизма и Возрождения во Франции неизбежно заставляет рассматривать эти явления «в свете Рабле», т. е. постоянно соотнося французскую возрожденческую культуру с наследием медонского кюре. Современники Рабле и литераторы ближайших поколений, невольно подчиняясь всеобъемлющему влиянию его творчества, стремились определить свое отношение к автору «Гаргантюа и Пантагрюэля». Интерес к Рабле не пропадает и в следующие два столетия, хотя отношение к нему меняется: Вольтер, например, видел в Рабле грубоватого, площадного сатирика. В XIX в. интерес к Рабле заметно возрастает, а с...
Входимость: 77. Размер: 111кб.
Часть текста: Тиграновна доктор филологических наук, профессор: Комарова Валентина Петровна Ведущая организация: Нижегородский государственный педагогический университет Петраркизм – одна из самых интересных и дискуссионных тем в истории итальянской литературы. Историческое признание петраркизма долгое время упиралось в дебаты вокруг теории и принципа подражания. Только во второй половине XX в. было доказано, что установка на подражание в традиционном искусстве не является признаком несовершенства. Для эпохи Возрождения это фундаментальный принцип всей культуры, который предполагал проявление творческого начала не в оригинальности, а в возможности варьирования общепризнанного образца. По мере движения к этому выводу прояснялась и необходимость серьезного изучения петраркизма. Круг связанных с ним проблем оказался необычайно широк: связь с философией неоплатонизма (C. Dionisotti, M. Marti), с социальными и политическими изменениями в структуре итальянского общества (C. Dionisotti, G. Ferroni), с лингвистическими дискуссиями (M. Pozzi, P. Sabbatino, P. Trovato) и художественными стилями эпохи – маньеризмом (R. Scrivano, E. Taddeo, A. Quondam), барокко (S. Battaglia), классицизмом (E. Bonora, P. Floriani, G. Mazzacurati). В последние десятилетия к ним добавился интерес к проблемам печати и ее влиянию на формирование читательской аудитории (F. Briosci, C. Di Girolamo, A. Quondam)....

© 2000- NIV